В Европе во время ковида приходилось выбирать, кого спасать – директор РНПЦ детской хирургии

Алена Сырова, политический обозреватель:
Мне очень откликнулся тезис врача об иногда чрезмерной гуманности и социальной ориентированности белорусского государства. Думаю, найдется ведь миллион и один экономический довод, почему надо бы прекращать такую гиперопеку. Но примерьте на себя, разве вы готовы к тому, чтобы выбирать? Или так, готовы ли вы к тому, что выберут не вас, не ваших детей в критической ситуации?

Константин Дроздовский, директор РНПЦ детской хирургии, главный внештатный детский кардиохирург Министерства здравоохранения Беларуси:
Мы всегда, это очень важно и это честно, мы всегда говорим, как есть, всем – и родственникам наших маленьких пациентов, родителям, если пациенты постарше – с ними разговариваем о том, что будет в будущем, какой процент осложнений, не только операции, всего лечения у этого ребенка.

Что он сможет сделать, что не сможет сделать. Кто-то станет абсолютно здоровым, кто-то будет иметь ограничения, а кто-то будет жить, есть такие детки, которые живут тяжело. Это группа, за которой, естественно, другой уход. Но это вечная проблема человечества – решить: кому помогать, кому нет.

С этой проблемой столкнулась Европа в 2020 году, когда не хватало коек для того, чтобы справиться с коронавирусом, не хватало аппаратов искусственной вентиляции, которые нужны были этим пациентам, чтобы спасти их жизни, и врачи выбирали: кого спасать, кого нет. Мы это прекрасно все знаем, и принцип был во многих клиниках – возраст. Но это же ведь ненормальная ситуация, так не должно быть.

В любой стране в системе здравоохранения все-таки основная цель – это здоровье гражданина и жизнь его. Понятно, что все правительства считают меркантильно аспект этого, а именно трудоспособное население. Но в последние годы во всем цивилизованном мире в очень большом количестве стран резко падает рождаемость.

Это, конечно, может быть связано с миграционными процессами, но больше это связано с тем, что все-таки поколение, которое вот сейчас является таким детородным, которое должно, может рожать детей, они этого не хотят делать. Самый такой экстремальный пример этого – это Южная Корея. В Южной Корее есть оценки, что до 2100 года население будет меньше 10 миллионов. Поэтому вопрос всегда очень-очень сложный, но мы всегда на него отвечаем позитивно. Я имею в виду, что мы всегда боремся за жизнь наших пациентов.