Как реагировать на информационные вбросы? Сотрудник «Белоруснефти» о недавних фейках

Ответ на фейки. Какие инфотехнологии сейчас в тренде? Что делают госорганы, когда становятся объектами клеветы? Почему вбросы – оружие общественного поражения? Существует ли вакцина от лжи и кто прописывает уколы правды? На площадке ток-шоу «По существу» эксперты обсудили медиафакторы гибридной войны.

Александр Говейко, начальник центра информационных технологий компании «Белоруснефть»:
Мне видится, что развиваемся мы, СМИ, информационное пространство, но и мошенники тоже не стоят на месте. И если отслеживать вбросы, обстрелы фейками, то это касается и компании «Белоруснефть», и в целом страны. Посмотрите, как мастерски генерирует искусственный интеллект и комментарии, и интервью, и новостные выпуски от первых лиц страны, руководства предприятий до новостных блоков.

Если возвращаться к компании «Белоруснефть», то да, наверное, наиболее популярный вброс связан с некой уникальной несуществующей инвестиционной программой, которую рекламировали при помощи искусственного интеллекта первые лица государства, руководство компании «Белоруснефть». И то, что это фейк, понимаем практически все мы. Но каждый новый фейк несет в себе новые угрозы, потому что он по-новому сделан с желанием, чтобы как можно больше белорусов клюнули.

Алена Сырова, СТВ:
Превентивные меры организовать у нас нет возможности? Мы можем только потом выступать с опровержениями и таким образом до общественности достучаться?

Александр Говейко:
Во-первых, вся официальная информация – в официальных источниках информации. И доверять им – это важное правило информационной гигиены, про которую годами все мы и вы говорим. Вся официальная информация о предложениях компании «Белоруснефть» – на официальных площадках компании. Мы именно поэтому стараемся развивать и внутренние информационные площадки, корпоративные СМИ, сегодня там порядка 370 тысяч подписчиков.

Кирилл Казаков, СТВ:
Каждая новость о повышении топлива – это однозначно новый приток на ваши корпоративные СМИ. Как реагировать на подобные выпады с точки зрения журналистики, когда нужно превентивно работать с аудиторией?

Например, когда возникает ощущение, что на заправках стоят очереди, потому что нет бензина, продают кофе, стоят все за хот-догами, их сейчас всех арестуют. Многие люди мыслят заголовками. Как реагировать как журналисту? 

Александр Говейко:
Чем будет больше информации, причем не где все общо, а с конкретными примерами, где мы рассказываем, что это истории с соседнего двора, соседней улицы. Это заходит. 

Я приведу еще один пример. Казалось бы, классическая форма – дни информирования в формате «Белоруснефти», где 27 тысяч работников. Традиционно раз в месяц мы собираем порядка 1 300 работников в студиях, и один из вопросов – это информационная гигиена.

Правоохранители приходят из разных служб, рассказывая реальные примеры. Наша главная просьба – не забывайте включать туда те истории, которые коснулись нефтяников. Это, на мой взгляд, заходит.