Без документов и платы. Где найти экстренную помощь в Беларуси? Ответила эксперт

Как в Беларуси отстаивают права женщин? Какую помощь оказывают жертвам абьюзеров и тиранов?

На площадке общественно-политического ток-шоу «По существу» речь шла об общественном иммунитете белорусских женщин.

Елена Комлик, консультант управления народонаселения, гендерной и семейной политики Министерства труда и социальной защиты Беларуси:
У нас создано 133 кризисные комнаты. Заселиться в них можно круглосуточно, это абсолютно бесплатно. При заселении предоставляются и продуктовые наборы, и постельное белье, средства гигиены. Также параллельно работает психолог. И важно понимать, что можно обратиться не обязательно по месту жительства. То есть, в любую существующую кризисную комнату можно обратиться. И очень важно, что можно обратиться без предоставления паспорта. Это фактически единственная услуга государства. Не то, что анонимно, а часто агрессор забирает документы.

И у нас же есть такое понимание, чтобы в государство обратиться, надо документы обязательно иметь. Тут не обязательно. Просто обращаетесь, мы заселяем и дальше решаем эту ситуацию. Но что характерно, наши женщины, они же очень вовлечены в работу и воспитание детей. И уже говорили про этот механизм защитного предписания, который позволяет агрессора фактически выселить с его же квартиры. И вот эта норма, она очень замечательная.

Мы, например, на себе ощущаем, что у нас резко сократилось количество населения в кризисной комнате. Представьте себе ситуацию. Женщине надо взять детей, куда-то уехать. Это будет плохой доступ к школе, к садику. Понятно, что мы ей поможем и детей устроить, но на все это надо время, ресурсы, это опять же какая-то логистика передвижений.

Алена Сырова, СТВ:
Почему женщины не обращаются? Потому что они говорят: «Зачем я буду вредить своему ребенку? Я там уже как-нибудь перетерплю. А если я вызову милицию, начнутся проверки, нас поставят на СОП. У меня что, ребенок будет какой-то не такой в школе?»

Елена Комлик:
Я бы хотела тут немножко прокомментировать про СОП. Это такая тоже страшилка, что только попадаешь в поле зрения по насилию к нашим органам, к органам внутренних дел – сразу СОП. Конечно, если мы видим, что к нам обратилась семья с детьми, мы незамедлительно, в соответствии с законодательством, обязаны формировать органы образования.

Из 15,5 тысяч (это же обращаются и семьи с детьми) только 10 % из этих семей с детьми находятся в социально опасном положении. О чем нам это говорит? Что это не обязательно. В законодательстве прописано, что если есть насилие в семье, это не является единственным обязательным критерием постановки в СОП. Это, как говорится, повод начать социальное расследование. То есть, если мы видим, что агрессора отселили, что мама осталась с детьми в нормальных условиях, она обеспечивает их, мамы же тоже разные бывают, но если мама попалась, которая хорошо содержит детей, она ни в коем случае не будет находиться в СОП.

Алена Сырова:
Если его отселили, это же не значит, что их развели. Это не значит, что их развели.

Елена Комлик:
Созданы специальные комнаты, но дело в том, что если мы говорим о кризисной комнате, то она круглосуточная, бесплатная, с психологической поддержкой. Понятно, что к правонарушителям совершенно другие уже методы используются. Эти комнаты не бесплатные. Но единственное, что они организованы в таких местах, например, в общежитии.

От физической силы до киберслежки – как в Беларуси противостоят новым формам домашнего насилия?