Сергей Пукст - один из ведущих белорусских альтернативных и авангардных музыкантов, эпатажный и провакационный, пестрый и эклектичный. На его счету три альбома и огромное количество выступлений. Про него можно смело сказать: Пукста слышали все, но как он выглядит понмнят только некоторые.
Зритель из зала:
Сергей, вы, конечно, делаете необыкновенную музыку. А для простых людей, что-нибудь попроще, вы когда-нибудь пробовали писать и исполнять?
Сергей Пукст:
Да. Когда мне было четырнадцать лет.
Зритель из зала:
Сергей, а что для вас неприемлемо в творчестве?
Сергей Пукст:
Для меня неприемлема банальность. Это простой ответ.
Зритель из зала:
Кому бы вы порекомендовали не слушать ваши песни?
Сергей Пукст:
Всем бы рекомендовал слушать. Зачем не слушать?
Зритель из зала:
Это несладко ощущать себя непризнанным гением?
Сергей Пукст:
Это нормально. Я сейчас понял, что моя аудитория, может быть, не очень большая, но я этого вполне заслуживаю.
Зритель из зала:
Сергей, когда вы почувствовали, что это ваше призвание исполнять такой шлак? Может быть у вас есть другое хобби, бедняжка?
Сергей Пукст:
Если бы было какое-то доказательное высказывание, я бы с вами поспорил. Но у нас здесь очень мало времени. У меня есть масса других хобби, но я бы хотел услышать, какой именно шлак вы имеете в виду? Тогда бы я, конечно, с вами побеседовал.
Зритель из зала:
Текст, вокал. Я в первые такое слышу.
Сергей Пукст:
Я рад, что вы слышите это впервые. Это значит, что у меня есть какая-то оригинальность.
Зритель из зала:
Про вас ходят слухи, что вы антисемит. Это правда?
Сергей Пукст:
Это не совсем так. И моя фамилия тоже не совсем русская.
Зритель из зала:
Кого из рок-музыкантов, поп-музыкантов на белорусской сцене больше переоценили? Как вы считаете?
Сергей Пукст:
У нас много недооцененных музыкантов. Есть люди, которые работают для людей, соответственно, у них большая аудитория. Есть люди, которые работают для себя. У них маленькая аудитория. И с этим ничего не поделаешь. Мы, играющие музыку в свое удовольствие, очень рады, если это удовольствие делится с кем-то еще. У нас нет специальной задачи по расширению.
Зритель из зала:
Сергей, а почему бы вам не создать «попсовый» альбом? Таланта не хватает?
Сергей Пукст:
Если бы вы купили мой альбом, то вы бы услышали, что там есть ряд «попсовых» песен. Но есть момент умной «попсы», потому что, когда человек поет: «Наверное, это мой рай. Иду, срывая букеты» то, конечно, такого рода поп-музыка, безусловно, не должна существовать. Если бы я и сделал поп-музыку, то я бы сделал ее умнее.
Зритель из зала:
Что для вас является честной музыкой?
Сергей Пукст:
Это, когда ты хочешь сказать не то, что важно зрителю, а то, что важно тебе. И ты это сообщаешь ему.
Зритель из зала:
Вам отказывали на радиостанциях хоть раз?
Сергей Пукст:
Я туда даже не пытался никогда ничего приносить.
Зритель из зала:
Сергей, вы в каком состоянии пишите такую музыку?
Сергей Пукст:
Абсолютно трезвым. И не в состоянии измененного сознания.
Зритель из зала:
И вы хотите получить массовое признание у слушателей?
Сергей Пукст:
По-моему, оно есть.
Зритель из зала:
А вы не хотите назвать свою группу «Какофония?»
Сергей Пукст:
Дело в том, что какофонии нет. Мы бы назвали, если была бы. А так все очень четко сыграно. Вы не поверите, но абсолютно все, вплоть до точек, было выверено, отрепетировано и сделано, только для того, чтобы произвести на вас такое замечательное впечатление.
Зритель из зала:
О чем ваша музыка?
Сергей Пукст:
Музыка не может быть о чем-то.
Зритель из зала:
Почему? Она должна быть о чем-то. У вас она вообще ни о чем. Просто глупые слова.
Сергей Пукст:
Слова замечательные. Слова достаточно отчетливо структурированные. Я всегда прежде, чем петь, очень долго говорю. Это еще более утомительно, возможно, с вашей точки зрения. Песня о том, что любовь может быть не к женщине, не к мужчине, это такое не женское, не мужское состояние, а состояние по-настоящему зверское. И вот эту эмоцию, это звериное чувство любви я хотел передать в этой песне.
Зритель из зала:
Вы сказали о певице Максим, о том, что она пишет песни глупо. Если бы вы делали, вы бы писали песни поумнее?
Сергей Пукст:
Певица Максим пишет безграмотные тексты. Я приведу несколько примеров. Я буду доказателен. «Миллионы сотен домов», «срывая букеты»… О чем я говорил, как можно срывать сразу букетами цветы? «Звезды говорят телами о любви». Как это? Телами звезды о любви говорят…
Зритель из зала:
Судя по тому, как вы цитируете Максим, вы ее слушаете.
Сергей Пукст:
Врага надо знать в лицо.
Зритель из зала:
Если я не ошибаюсь, я видел на афишах в филармонии много лет тому назад имя вашего отца.
Сергей Пукст:
Возможно, дедушки, потому что есть Григорий Константинович Пукст, это композитор, а отец преподаватель фортепиано, он тоже мог быть на афише.
Зритель из зала:
Как реагируют родные на ваше творчество? Знают ли они вообще, чем вы занимаетесь?
Сергей Пукст:
Безусловно, знают. И это совершенно нормально, потому что в моем творчестве нет ничего неприличного.
Зритель из зала:
Много людей приходит на ваши концерты?
Сергей Пукст:
Достаточно.
Зритель из зала:
А конкретно, какого возраста?
Сергей Пукст:
От сорока до ста. Разного возраста люди. От сорока, если у меня сольный концерт, потому что он время от времени проходит в достаточно небольших помещениях, и больше сорока человек там не вмещаются. Я буду рад видеть вас на своих концертах и я думаю, что смогу кое-кого из вас переубедить, хотя, думаю, все поняли так, как они хотели.
Зритель из зала:
Вы живете за счет музыки или у вас есть какой-то дополнительный бизнес, занятие?
Сергей Пукст:
У меня несколько бизнесов и занятий. Я преподаватель английского языка, переводчик с английского на русский и обратно. На данный момент я пишу музыку к фильму Андрея Кудиненко, но это такая композиторская работа. Также я пишу статьи, у меня выходит колонка в газете «СБ», где я рецензирую новые диски.
Зритель из зала:
А вы жесткий музыкальный критик?
Сергей Пукст:
Да.
Зритель из зала:
Я думаю, вы, конечно, умеете петь, и тексты мне ваши нравятся. Но почему вы пишете не очень гармоничную музыку? Ее сложно подобрать на каком-то другом музыкальном инструменте, сложно запомнить.
Сергей Пукст:
Я говорю, что это вопрос-задача. Мне важно сообщить вам то, что мне кажется интересным в музыке. И поэтому эта музыка новая. Она достаточно странно звучит. И я понимаю, что людям непривычно это слышать. Люди часто, как вы видите, относятся к этому с агрессией, но я готов к этому. Я не считаю, что это ненормально. Потому что на сегодняшний день, в эпоху FM-вещания, вообще музыку слушать очень сложно, потому что масса людей музыку слушает, но они ничего не слышат. Я знаю, что ты слушаешь песню, знаешь ее наизусть, но ты не понимаешь, о чем она. Это происходит практически повсеместно, а о классической музыке я вообще не говорю. Я считаю, что это аутсайдерский вид музыки на сегодняшний день. И то, что делаю я, относится к аутсайдерству и я считаю, что это даже немного почетная роль.
Зритель из зала:
Вы знаете, мне бы было любопытно послушать, что вы напишете для кино. Я обязательно на это обращу внимание, если это у вас удачно получится, то вам, возможно, лучше перейти в другое направление.
Сергей Пукст:
Я подумаю над этим сам. Спасибо.
Зритель из зала:
Случается ли у вас так, что вы говорите сами себе: «Сергей, скажи людям что-нибудь доброе, ведь ты же не законченный циник». Или у вас такого не бывает?
Сергей Пукст:
Я говорю то, что считаю важным, то, что считаю эстетически ценным. Я понимаю, что это все немного скептически сейчас рассматривается. Я не законченный циник. И последняя песня говорит о том, что все-таки сердце есть, и что я, возможно, циник, но никак не законченный.
Зритель из зала:
Сергей, часто ли у вас случаются концерты, как, в частности, сегодня, метание бисера перед свиньями, и насколько это тяжело?
Сергей Пукст:
Можно я не буду комментировать? Я считаю, что существует разная аудитория. Я вам скажу, что я выступал в разных аудиториях, например, раньше был один клуб, в котором подавали очень дешевое пиво, я там время от времени выступал, и была работа с такой аудиторией, что нынешняя аудитория совершенно ангельская.
Зритель из зала:
Почему вы взяли музыку «Nirvana»? Ппо-моему вы ей подражаете. Но у вас это даже не получается.
Сергей Пукст:
«Nirvana» не первая группа, которая играла в таком стиле. Существовали группы поинтереснее, и вы верно заметили насчет этого стиля, стиль «Grunge», песня «Я люблю тебя», которая прозвучала, отчасти навеяна этим стилем, но не группой «Nirvana». Я объясню, «Nirvana» это прекрасная группа, которая зарезервировала за собой такой стиль, как «громче-тише», в этом плане мы на «Nirvana» похожи.
Зритель из зала:
Сергей, вы можете сказать все, что вы думаете об этой публике и о том, что происходило.
Сергей Пукст:
Я могу сказать следующее. Люди сегодня столкнулись с чем-то новым, с чем-то для себя необычным, и, конечно, я скажу, что на сегодняшний день, когда голова практически промыта и когда у человека сейчас есть масс медиа и все, что угодно: газеты, постоянно дергающиеся ролики - все отучает думать самостоятельно. На сегодняшний день я был воспринят вполне адекватно. Большое спасибо.
